Брахмабандхав Упадхйайа
Brahma Bandhav Upaddhyaya
(1861 - 1907)
 Первые христианские общины в Индии появились
в I веке н.э. благодаря проповеднической деятельности
святого апостола Фомы. Индийское христианство всегда
обладало особой самобытностью, и сохранило многие черты
древней апостольской веры, а длительное пребывание в
Индии, стране ведической культуры, наложило свой мощный
отпечаток на мировоззрение индийских христиан. В XVI
веке, во время расцвета индийского движения бхакти (преданности
Высшему Существу), в Церкви Индии стали появляться первые
христианские санньяси, среди которых следует особо отметить
отца Роберто де Нобили (1577 – 1656), благодаря
которому, церковные власти, разрешили христианским священникам
и монахам носить шафранные одежды санньяси. Отец де
Нобили относился с большим уважением к индийской духовности,
и не оспаривал ценность местных традиций и обрядов.
К сожалению, Церковь времён контрреформации не смогла
оценить его усилия по достоинству: он был обвинён в
ереси, и смог сохранить свой сан лишь благодаря тому,
что у его семьи были влиятельные родственники в Риме,
имевшие хорошие связи. Тем не менее, начало движения
христианской санньясы было положено, и за Роберто де
Нобили последовали католик отец Константино Бреши
(1680 - 1747), протестант Кришна Мохан Банерджи
(1713 – 1885) (его перу принадлежит книга «Арийские
свидетельства о Христе: Иисус Христос – истинный Праджапати»,
изданная в 1875 году) и сикх Садха Сундар Сингх
(1899 - 1929), который в юном возрасте, оставаясь сикхом,
воспринял учение Христа и практику санньясы: он отправился
в Гималаи проповедовать «Евангелие», и пропал там в
1929 году.
Среди этой череды индийских последователей Христа,
можно выделить человека, которого отец Жюль Моншанен
считал своим непосредственным гуру, вдохновившим его
на создание «Сатчитананда Ашрама». Его имя – Бхавани
Чаран Банерджи, но ученики называли его Брахмабандхав
(«Друг Брахмана») Упадхйайа («Учитель»). Он был брахманом,
который принял христианство, а затем, привлекшись идеями
Свами Вивекананды, почувствовал призвание прожить жизнь
христианина по религии, но индуса по плоти. Отец Жюль
Моншанен, который считал его своим гуру, писал:
«Гениальный предшественник… остался непонятым… От того,
что он делал, не осталось ничего. Он оставил мне великий
пример и великую программу… Я испытываю в его отношении
сыновние чувства: хотя он далёк от меня по времени жизни,
похоже, он для меня, как бы гуру…» (из письма матери).
Вряд ли кто-то мог описать качества Брахмабандхава
лучше, чем увлечённый его идеями Свами Парам Аруби Ананда:
«Вот его история: заинтересовавшись христианством,
благодаря Кешабу Чандер Сену (который привнёс литургию
в Брахмо-Самадж, которого Рамакришна считал частью своей
жизни, и который оценил роль Святого Духа в этом мире
– Бог движения!), он обратился через Библию сначала
в англиканство, а затем в католицизм. Он пытался в одиночку
спасти и освятить из индуизма всё, что возможно, основал
(скорее, хотел основать), орден странствующих христианских
санньяси, которые должны были оставить всё и стать бродячими
проповедниками. Он был не понят миссионерами, не обладая
твёрдой теологической базой (им показалась неприемлемой
его упор на любовь) и получил историческую критику (возможно,
в связи со своим происхождением из Брахмо-Самадж). Он
развивал некие синкретические идеи, которые казались
неподходящими: введение патриотического культа Кришны
и Рамы, с открытостью и простодушием, почитая аватар
в качестве героев или святых, представляя веру в них
в качестве символов более высокой истины (нечитаемых
символов, предвосхищающих интуиций, возникающих под
воздействием Духа, и видоизменённых концептуализацией
и загрязнениями). Его санньяси впоследствии были изгнаны
и преследовались (некоторые вернулись в индуизм). Брахмабандхав
умер, покинутый всеми, в больнице, но будучи христианином
более, чем когда бы то ни было» (Жюль Моншанен, «Индийская
мистика – христианская тайна»).
Для реализации своего плана, Брахмабандхав положил
начало христианскому матху «Каистхалика Матха», на берегах
реки Нарбада в районе Джабалпура, в местечке Бхера Гхат.
Название ордена происходило из двух слов: «ка» - время
и «стхала» - земля. В 1898 году в основанном им журнале
«София» он публикует программную статью «О католическом
монастыре в Индии», некоторые элементы которой позднее
вошли в состав программы «Сатчитананда Ашрама». В статье
он отмечает очень важную вещь, которую веками игнорировали
миссионеры: «западный схоластический метод передачи
веры несовместим с индуистским менталитетом», и вместо
старых миссионерских способов, предлагает новые принципы
для индийских католических санньяси:
1. Медитация на Троицу-Сатчитананду;
2. Покаяние за свои грехи и за грехи своих соотечественников;
3. Одеяния санньяси;
4. Вегетарианство;
5. Использование санскрита;
6. Паривраджака: принцип странствующего монашества.
Быт монахов Матха был очень простым: «В монастыре удобства
были сведены к минимуму: монахи спали на полу без подушек.
Свободного времени практически не было: все вставали
в 4 часа утра и ложились спать в 10 вечера. День был
разделён на время для учёбы, молитвы и медитации…Что
касается еды, то каждый готовил свою пищу сам в одиночку:
в области еды монахи Каистхалики оставались индусами.
В этой сфере, а также в физической и ментальной сфере,
монахи Матха были индусами, а что касается бессмертной
души, то они были католиками» (Паоло Трианни). Брахмабандхав
ставил перед собой и своими учениками две цели: внутрицерковную
(индианизировать Церковь) и внешнюю (евенгелизировать
Индию).
В июне 1889 года у монахов начались проблемы с официальными
церковными властями: архиепископ Бомбея Теодор Далхофф
написал письмо апостольскому легату в Индии, ультраконсервативному
польскому священнику Майклу Залесскому, который обладал
практически неограниченной властью в Церкви Индии, попросив
его обратить внимание на монашеский проект Брахмабандхава,
и дать совет в отношении монахов. Мракобес Залесский
уже до этого события прославился своим нетерпимым и
неприязненным отношением к индийской культуре и индийскому
народу: он писал, что «индийский атеизм, какие бы формы
он не принимал – индуизма, буддизма или народных верований,
это ничто иное, как поклонение демонам, смешанное с
фетишизмом» («Epistolae ad Missionarios»). Легат написал
гневное письмо в Рим, куда вскоре вызвали и самого Брахмабандхава.
Поездка закончилась неудачно: консервативные римские
иерархи времён итальянских Пиев поставили крест на Матхе.
Однако, несмотря на все их усилия, сама идея не погибла,
и спустя многие десятилетия, была воплощена в жизнях
многих христианских Свами Индии.
Перевод: www.shantivanam.info |
